Двушка не в счет
Конституционный суд РФ: у должника можно забрать только чрезмерно обширное жилье
Ажиотаж подогревают громкие заголовки многочисленных публикаций о том, что главный суд страны разрешил отнимать у должника его единственное жилье, превращая гражданина фактически в бомжа.
Итак, 26 апреля было обнародовано решение КС по делу «О проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».
О такой проверке главный суд страны попросил житель Калужской области Иван Ревков. И вот почему он это сделал.
Еще в 1999 году он дал деньги взаймы знакомой. Та долг не вернула. Тогда Ревков пошел в суд. Но у него ничего не вышло. Дело о попытке вернуть долг превратилось в долгоиграющее. За годы ожидания сумма долга им была проиндексирована и возросла до 4 миллионов рублей.
Но долг беспокоил лишь кредитора. Сама должница за прошедшие годы купила квартиру площадью более 110 кв. м и после удачной покупки оперативно признала себя банкротом.
Иван Ревков настаивал на продаже этой недвижимости, купленной, к слову, уже после возбуждения против должницы исполнительного производства. Но в судах ему отказали, сославшись на статью 446 ГПК РФ. Эта статья запрещает обращать взыскание на единственное жилье должника и членов его семьи. Ревков подал жалобу в Конституционный суд.
КС напомнил, что уже рассматривал подобную ситуацию еще в 2012 году (N 11-П). Тогда суд посчитал, что исполнительский иммунитет в отношении единственного жилья должника-гражданина хотя и оправдан, но не может быть безусловным и требует законодательных корректив.
И сейчас, оставаясь на той же позиции, КС решил, что норма закона, которую обжалует Иван Ревков, отныне не будет основанием полного запрета обращать взыскание на жилье должников.
Но это в том случае, если суд посчитает необоснованным применять этот исполнительский иммунитет, в том числе по делам о банкротстве граждан.
Определить изъятия должна по-прежнему законодательная власть, но пока эти решения не приняты, отказ в применении исполнительского иммунитета возможен при соблюдении некоторых условий.
В частности, должника нельзя оставить без жилища, причем площадью не меньше, чем предоставляется по соцнайму, или выселить в другое помещение, если он сам на это не согласен.
Принимая такие решения, суды вправе учесть время присуждения долга, возбуждения исполнительного производства, а также извещения должника об этих событиях.
И, с другой стороны, имеет значение время, условия и суммы сделок и других операций должника. Включая доказанные злоупотребления в приобретении жилья, когда при неисполненном решении суда должник переводит свое имущество под защиту исполнительского иммунитета, чтобы укрыть его там от взыскания по долгам.
На вопрос корреспондента «РГ», повлечет ли подобное решение массовое изъятие жилья у должников, пресс-служба Конституционного суда заявила вот что:
— Не надо опасаться массового изъятия жилья у должников. Речь идет не об абсолютной отмене исполнительского иммунитета на их единственное жилье. Он как раз подтверждается и сохраняется. Но у суда появляется возможность обращения взыскания на единственные жилые помещения в случаях, когда применение иммунитета было бы неправильным и нет иного имущества, на которое можно обратить взыскание.
Фактически суды получили право преодоления явно несправедливой ситуации, когда кредиторы, а часто это обычные граждане, не могут обратить взыскание на формально единственное, но при этом сколь угодно роскошное жилье должника.
То есть по объективным параметрам оно не стандартное, а значительно превышающее разумно достаточное. Стоимости такого жилья должно хватить и на погашение существенной части долга перед кредитором, и на удовлетворение жилищных потребностей должника и его семьи.
Гражданин и его семья, подчеркивают в КС, ни в коем случае не должны остаться без пригодного для проживания жилья площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления на условиях социального найма, и в пределах того же поселения, где эти лица проживают.
В этом понимании оспариваемые нормы в их взаимосвязи соответствуют Конституции РФ.
КС решил, что дело Ивана Ревкова будет пересмотрено.
Без ипотеки, обременений и согласия: теперь единственное жилье можно забирать за долги
В 2021 году Конституционный суд совершил революцию в теме изъятия единственного жилья у должников. Теперь его все-таки можно забрать за долги, даже если это единственная квартира без ипотеки.
Пока это не изменения в законе, но суды уже начнут их использовать. Это значит, что за долги по расписке или перед банком можно остаться без единственного жилья. Это не значит, что жилье совсем заберут, а должник останется на улице, — но жилищные условия могут заметно ухудшиться. Исполнительский иммунитет, который еще месяц назад защищал дома и даже офисы, может больше не сработать.
Вот что сказал об этом Конституционный суд и кто рискует переехать против своей воли.
Как победить выгорание
Кого это касается
Решение Конституционного суда касается должников, у которых есть жилье — даже единственное, но при этом они не платят по долгам. Пока это решение в большей степени затрагивает интересы должников-банкротов — то есть тех, кто решил обанкротиться сам или по заявлению кредиторов. Но эти же нормы суды теперь запросто могут применять и без банкротства — просто при наличии долга, если для его погашения нет денег.
Банкротство — это процедура, которая позволяет списать долги. При условии, что управляющий нашел и изъял все имущество, которое подходит для взыскания. То есть что можно — забирают для расчета с кредиторами. А безнадежные долги списывают — с негативными последствиями для банкрота.
Если у вас или знакомых такая ситуация, теперь есть риски, что исполнительский иммунитет не спасет.
Как было раньше
Единственное жилье защищено исполнительским иммунитетом — на него запрещено обращать взыскание в счет погашения долгов. Исключение — только для жилья, которое находится в залоге по договору ипотеки. Ипотечную квартиру можно забрать за долги, даже если семье больше негде жить и в ней прописаны трое детей.
Все это указано в законе. Он действует и для банкротов — при долге по потребительскому кредиту или по расписке в размере 2 млн рублей можно жить в квартире за ту же сумму, но не отдавать ее.
Некоторые должники злоупотребляли такой защитой — иногда покупали на заемные деньги жилье, не возвращали долг и становились банкротами. Даже если все понимали, что разумно было бы переехать в квартиру поменьше или в менее престижном районе, а разницу в стоимости отдать кредитору, исполнительский иммунитет позволял не делать этого. Должник оставался при жилье, кредитор — без денег, а суды и приставы разводили руками: такой закон. Если жилье единственное, то будь оно сколько угодно большим и роскошным, изымать нельзя.
Такой позиции придерживался даже Верховный суд: нет критериев — нет изъятия. Живет должник один в квартире площадью 40 квадратных метров — выселить его в однушку площадью 19 квадратных метров нельзя, даже если разницы хватит для погашения долга. Есть квартира площадью 800 квадратных метров и долг — она единственная, не трогайте.
Что изменилось
В законе не изменилось ничего. Законопроект, который широко обсуждался в 2017 году, так и остался в подвешенном состоянии — поговорили и отложили. Поправок по поводу замены роскошного единственного жилья на скромное в гражданском процессуальном кодексе все еще нет, а иммунитет формально работает.
Правами толковать закон в России наделен Конституционный суд. Он может находить нормы, которые нарушают чьи-то права или не соответствуют другим законам. И на основании этого дает разъяснения — дело пересмотрите, закон измените.
Законодатели могут довольно быстро отреагировать и уточнить нормы, а могут годами игнорировать эти указания. Так и случилось с изъятием единственного жилья — этот вопрос КС разбирал еще 2012 году. И тогда же указал, что исполнительский иммунитет — это правильно. Но владеть домом площадью 320 квадратных метров и не отдавать долг в размере 3 млн рублей — не совсем честно. Так что нужно защитить не только должников и их семьи, но и кредиторов, а статью 446 ГПК РФ — уточнить из-за имеющихся дефектов.
Вот только ничего с тех пор в законе не изменилось. Но тот же Конституционный суд рассмотрел очередное дело. Мужчина в 1999 году одолжил женщине 772 тысячи рублей, а должница годами не отдавала деньги. Зато купила квартиру площадью 110 квадратных метров — причем уже после того, как было возбуждено исполнительное производство. С 1999 года долг ее вырос до 4,5 млн рублей, а должница стала банкротом.
Кредитор дошел до Конституционного суда. Потому что это как вообще — мне должны 4,5 млн рублей, при таком долге покупается квартира, но раз она единственная — я не могу получить свои деньги. Почему бы должнице не сменить жилье на менее роскошное, а мне отдать разницу в счет долга. Если она сама не хочет — пусть ее обяжет суд. Но суды во всех инстанциях мужчине отказали — исполнительский иммунитет, извините. Стоимость жилья не имеет значения: единственное — значит, защищено от взыскания.
У Конституционного суда, видимо, на этот раз терпение лопнуло. Он напомнил и про свои разъяснения 2012 года, когда постановил изменить закон для баланса интересов должников и кредиторов. Но почти за 9 лет — заметили главные судьи страны — работы не продвинулись. Это прямо так и назвали — «недопустимым законодательным бездействием», которое стало поводом для новой проверки конституционности статьи 446 ГПК.
Раз закон вы менять не хотите, будем уточнять нормы своими методами — говорят судьи в новом постановлении. И установили критерии, когда исполнительский иммунитет можно снять даже без изменений в ГПК РФ.
На каких условиях снимается иммунитет с единственного жилья
Конкретных норм, как в законопроекте, до сих пор нет. То есть нельзя сказать, что вот эта квартира в два раза больше нормы — поэтому на нее можно наложить взыскание, а вот на эту — нельзя, потому что это двушка для семьи из двух человек.
Пока условия такие:
Обязанность уточнить закон все еще сохраняется. Но вряд ли стоит рассчитывать, что это произойдет в ближайшее время.
Как отмена исполнительского иммунитета будет работать на практике
Очевидно, что работать эти разъяснения теперь точно будут. Не для всех должников и не в каждом деле, но теперь суды уже не смогут отфутболить кредиторов со ссылкой на безусловный иммунитет. Придется разбираться в каждой истории с наличием жилья и долга.
В первую очередь переехать в менее комфортное и более дешевое жилье рискуют должники-банкроты при злоупотреблениях. Но поменять единственный дом площадью 300 квадратных метров на двухкомнатную квартиру могут и без банкротства и злоупотреблений. Тут все на усмотрение конкретного суда с учетом условий, описанных в постановлении КС.
Например, должник забыл погасить 500 тысяч рублей долга. Но уже после просрочки купил квартиру за 4 млн рублей. И теперь живет там вместе с женой и ребенком. Площадь единственного жилья — 90 квадратных метров. Норма предоставления в регионе — 18 квадратных метров на человека, то есть семье хватит 54 квадратных метров. Даже если поменять их жилье на квартиру площадью 75 квадратных метров, разницы хватит на полное погашение долга. Суд может отдать трешку в центре кредитору при условии, что тот предоставит должнику трешку в другом районе того же города.
Но если у такого же должника квартира площадью 60 квадратных метров, то хоть это и больше нормы, все равно забрать ее из-за долга будет проблематично — слишком маленькая разница между рыночной ценой и суммой задолженности.
Скорее всего, взыскание будут обращать все-таки не на квартиры, а на роскошную недвижимость — вроде загородных домов с участками или квартир в элитных комплексах, где налицо злоупотребление правами должника. Потому что Конституционный суд хоть и одобрил снятие иммунитета, но сделал акцент на разумности таких мер. Все-таки это должна быть не мера устрашения, а обоснованный способ погасить долг.
Можно ли забрать жилье за долги без предоставления другого
С единственным жильем так можно, только если оно в ипотеке — тогда не поможет даже прописка детей в такой квартире или отсутствие другой жилплощади.
Но если речь о единственном жилье не в ипотеке, то должника не выселят на улицу — КС сказал, что нужно обязательно предоставить что-то взамен.
Как избежать изъятия единственного жилья
Конституционный суд сформулировал общие условия для отмены иммунитета для единственного жилья. Судебная практика в таких делах точно будет меняться в пользу кредиторов. Но многое так и останется на усмотрение судов.
Вот какие аргументы использовать, чтобы не потерять единственную квартиру:
Самый надежный вариант — погашать долги вовремя или договариваться с кредиторами, чтобы не доводить дело до суда. Например, для ипотеки есть кредитные каникулы — и это реальный шанс не вносить платежи и избежать взыскания.
Россиянам «обнулили» право частной собственности на жилье
Новый закон о «всероссийской реновации» позволяет властям выселять кого угодно в два счета
В ходе совместного заседания Госсовета и Совета по стратегическому развитию и нацпроектам 23 декабря с.г. президент РФ Владимир Путин, говоря о расселении ветхого и аварийного жилья в России, заявил, что эту позорную страницу надо закрывать и вытаскивать людей из трущоб, но так, чтобы новые трущобы не росли и объёмы аварийного жилья не увеличивались. «Мы не можем забыть об этом и забыть об этой категории наших граждан, в сторону отодвинуть, как будто мы не замечаем ничего, что там происходит», — констатировал он.
Интересно, что аккурат к началу этого заседания Государственная Дума оперативно приняла в третьем чтении соответствующий закон о комплексном развитии территорий (КРТ). А всего через два дня после этого, 25 декабря, Совет Федерации так же оперативно его утвердил.
По мнению чиновников, его принятие крайне важно для будущего страны. Например, нынешний глава Минстроя Ирек Файзуллин подчеркнул, что его нормы особенно актуальны в связи с тем, что около 44% жилых помещений в России — старше 50 лет. «Принятие закона будет способствовать достижению национальных целей, поставленных президентом РФ», — заявил он.
Впрочем, независимые эксперты, в том числе и юристы, имеющие солидную судебную практику по спорам граждан с властями в рамках московской реновации, ознакомившись с официальным текстом закона «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях обеспечения комплексного развития территорий», уверены — на деле его принятие фактически означает упразднение в России такого понятия, как право частной собственности на недвижимость.
«Например, наличие критерия, что это „типовой проект индустриального домостроения“ — я имею в виду многоквартирный дом — на мой взгляд, совершенно не является основанием для того, чтобы этот дом сносить или реконструировать. Так можно снести целые микрорайоны, построенные в 1980-е годы, которые являются замечательным жильем на фоне другой нашей застройки. Или такой критерий, как несоответствие градостроительному регламенту, тоже неоднозначен», — считает, в частности, президент фонда «Институт экономики города» Надежда Косарева.
Помимо этого, равные и достойные гарантии гражданам, которые будут переселяться из жилья на включенной в план комплексного развития территории, не обеспечены, полагает социолог города Петр Иванов. Так, как и в случае с московской реновацией, 2/3 собственников помещений в МКД будут решать за всех, так что если с соседями не повезло, то людей будут выселять против своей воли, рассуждает он на своей странице в соцсетях. Кроме того, обращает он внимание, взамен собственникам по закону предоставят другое жилье, равноценное или равнозначное. Но на чем конкретно будет основана равноценность — на рыночной цене, кадастровой или же какой-то еще — не известно.
«А вот тут самое весёлое — проголосовали люди за КРТ, вошли в него. И тут им предлагают договоры с неприемлемой оценкой стоимости их квартиры. И дальше через 45 дней могут через суд принудить собственников к заключению договора», — моделирует он возможную ситуацию.
Туда попадут лакомые кусочки, территории, где квартиры стоят больших денег. По-другому не будет, потому что ни один инвестор не придет туда, где высокая плотность населения и плохие условия жизни из-за соседства, например, с нефтеперарабытывающим заводом или мусороперерабатывающим комплексом. Ведь тогда ему очень много квартир надо предоставлять под переселение, а от коммерческой продажи квартир, на чем, собственно, и делается прибыль, он мало что получит.
«СП»: — То есть комплексное развитие на деле будет фикцией, и никакого особенного улучшения качества жизни горожан не произойдет, во главу угла встанет чистая прибыль?
— Еще в советское время люди бывали недовольны, когда их переселяли из центральных районов в периферийные. Но тогда, по крайней мере, при переселении жилье давали по социальным нормам. Например, жила какая-то семья, у них, предположим, двое детей подросли, сыграли свадьбы. При расселении такой квартиры давали уже три квартиры.
А сейчас ничего такого нет, дают же метр в метр, а то и меньше. В итоге люди получают те же самые квартиры с огромным количеством забот, но ради чего? Исключительно ради того, чтобы потратить кучу сил и средств и переехать из благоустроенного зеленого низкоэтажного центра в какую-то башню на периферии возле транспортной магистрали?
Если уж мы говорим о комплексном развитии территории, то как ее реализуют в России — с точки зрения любого здравомыслящего человека, считаю, полный бред. Возьмите Германию, да любую другую страну мира, где там проходят транспортные магистрали? В обход городов. У нас же, вон, прямо по столице прокладывают. То есть все комплексное развитие ограничивается небоскребами да транспортными магистралями, все, как будто больше ничего другого и не существует.
«СП»: — Зачем понадобилось так срочно «протягивать» через парламент этот закон, да еще и под предновогодний шумок?
— На мой взгляд, раньше строительная олигархия получала очень большую прибыль в Москве. Доход от продаж квартир в частные кипрские офшоры тек огромной рекой. Все же хотели переехать в Москву всеми правдами и неправдами, пусть с долгами, с ипотекой. Даже из мест, во сто раз более прекрасных, чем Москва, вынуждены были уезжать в столицу просто потому, что дома нет работы.
Но сейчас тот огромный спрос на квартиры падает. И объективно — нет денег, и субъективно — все, кто мог, в столицу уже перебрались. Соответственно, как получать дальше прибыль? Нужны федеральные и городские программы, из которых можно качать деньги. Была московская реновация, стало всероссийская — комплексное развитие территорий.
«СП»: — Как будут качать?
— Все придут на готовую инфраструктуру. Она создана-то на бюджетные деньги, причем в большинстве случаев еще в советское время, а строят, не заботясь ни о мощности инженерных сетей, ни о пропускной способности дорог, ни о социальных объектах. Потом окажется, что не хватает ничего — канализация рвется, пробки парализуют город, и тогда вновь на решение этих проблем вынуждены тратить бюджет. Ведь только на развитие транспортной системы выделяется в год более 700 миллиардов рублей. И вот вам опять строители в шоколаде, а все остальные причастные — при доходах и прибылях.
«СП»: — Можно ли предположить, что хоть что-то хорошее это закон о «всероссийской реновации» стране принесет? Может быть, хотя бы в депрессивных районах страны наконец-то начнется какое-то позитивное движение?
— Я считаю, что строительная олигархия «откусит» только лакомые куски, творя там то, что заблагорассудится. А депрессивные районы так и останутся депрессивными. О чем надо заботиться прежде всего на депрессивных территориях? Развивать их с точки зрения организации рабочих мест. Предположим, поднимать сельское хозяйство, животноводство. При российском разнотравье на животноводстве можно зарабатывать, как говорится, по полной, невзирая на погодные условия.
Но это же все разрушено! Ферм нет, их надо строить заново. Поля заросли не просто борщевиком, а уже березовыми рощами. Представляете, сколько сил нужно, чтобы это восстановить? Для этого нужно участие государства, как минимум перераспределение доходов от добычи полезных ископаемых. А вместо этого, к сожалению, такие доходы идут в строительную отрасль, чтобы еще и отсюда получать прибыль. Замкнутый круг.
Верховный суд уточнил нормы изъятия единственного жилья у должников
Верховный суд (ВС) России дал определение по делу о банкротстве должника, который добился исключения из конкурсной массы единственного жилья, сообщает РАПСИ (Российское агентство правовой и судебной информации). В своем решении ВС учел недавнюю позицию Конституционного суда, который считает возможным изымать единственную недвижимость у должников, если она превосходит жилищные нормативы, и разъяснил порядок такого изъятия.
ВС считает, что норма исполнительского иммунитета не исключает возможности ухудшения жилищных условий должника — главное, чтобы сам банкрот и члены его семьи остались обеспечены пригодной для проживания недвижимостью метража, соответствующего нормам предоставления по социальному найму.
Исполнительский (имущественный) иммунитет — запрет на изъятие у должника единственного жилья, если оно не является предметом залога. Норма закреплена в ст. 446 Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РФ.
Такую позицию ВС сформулировал при рассмотрении дела о банкротстве жителя Хабаровского края Владимира Балыкова. Банкрот через арбитражный суд добился исключения из конкурсной массы 366-метрового дома на участке 2,1 тыс. кв. м.
Верховный суд отменил это решение и отправил материалы дела на повторное слушание в суд первой инстанции. С точки зрения ВС, в ходе банкротства финансовому управляющему нужно было провести собрание кредиторов для оценки целесообразности продажи дома и участка с предоставлением должнику замещающего жилья. Если единственное жилье банкрота с учетом издержек на его реализацию существенно дороже возможного замещающего жилья по нормам соцнайма, может быть принято решение о его изъятии, считает высшая инстанция.
«Отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией (наказанием) за неисполненные долги или средством устрашения должника, — отмечает ВС в своем решении. — Необходимым и предпочтительным является проведение судебной экспертизы рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего (это влечет за собой необходимость оценки и стоимости замещающего жилья, а также издержек конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого)».
Приобретение замещающего жилья должнику может взять на себя финансовый управляющий или один из кредиторов, в интересах которых изымается единственное жилье банкрота, уточняет Верховный суд. В первом случае для покупки могут быть использованы средства от продажи другого имущества должника из конкурсной массы, затем эти расходы компенсируются от продажи недвижимости. Во втором случае — за счет собственных средств кредитора, тоже с последующей компенсацией.
Решение о том, как приобретается замещающее жилье, должно приниматься на собрании кредиторов, подчеркивает ВС. По итогам такого собрания может быть поставлен вопрос об ограничении исполнительского иммунитета — он должен рассматриваться в арбитражном суде, где слушается дело о банкротстве.
Еще один важный момент, который отмечает высшая инстанция, — право собственности на изымаемую недвижимость банкрота должно быть прекращено не раньше, чем он получит замещающее жилье.
В своем определении Верховный суд напомнил еще об одном основании для отказа в исполнительском иммунитете должнику: если тот злоупотребляет правом — например, объединяет две квартиры в одну или меняет место регистрации только для того, чтобы стать собственником единственного жилья.
«Среди обстоятельств, которые имеют значение при оценке поведения должника на предмет добросовестности, помимо прочего, следует учесть и сопоставить, с одной стороны, моменты предъявления претензии, иска о взыскании долга, вынесения решения о присуждении, возбуждения исполнительного производства, дела о несостоятельности, а также извещения должника об этих событиях и, с другой стороны, причины изменения регистрации по месту жительства», — отмечает ВС. Сопоставив эти факты, суд должен принять решение — были ли действия должника только фиксацией давно сложившегося положения дел, руководствовался ли он только объективными причинами без намерения нарушить интересы кредиторов. Такими объективными причинами, с позиции суда, могут быть болезнь близкого родственника, который нуждается в постоянном уходе, закрытие единственной школы в городе, где учились дети должника, закрытие градообразующего предприятия, где он работал, и т. д.
С позиции Конституционного суда (КС), изъятие единственного жилья должника может не считаться неконституционным, если оно явно превосходит по своим характеристикам жилищные нормативы. Такую позицию КС высказывал еще в 2012 году, недавно инстанция выпустила постановление, в котором говорится, что в своих решениях больше не будет считать норму исполнительского иммунитета абсолютной.
