Кому на Руси жить хорошо (Некрасов)/Часть четвёртая. Пир на весь мир/Про холопа примерного — Якова верного
Кому на Руси жить хорошо
Часть четвёртая.
Про холопа примерного — Якова верного
Был господин невысокого рода,
Он деревнишку за взятки купил,
Жил в ней безвыездно тридцать три года,
Вольничал, бражничал, горькую пил.
Жадный, скупой, не дружился с дворянами,
Только к сестрице езжал на чаек;
Даже с родными, не только с крестьянами,
Был господин Поливанов жесток;
Дочь повенчав, муженька благоверного
Высек — обоих прогнал нагишом,
В зубы холопа примерного,
Якова верного,
Походя бил каблуком.
Люди холопского звания —
Сущие псы иногда:
Чем тяжелей наказания,
Тем им милей господа.
Яков таким объявился из младости,
Только и было у Якова радости:
Барина холить, беречь, ублажать
Да племяша-малолетка качать.
Так они оба до старости дожили.
Стали у барина ножки хиреть,
Ездил лечиться, да ноги не ожили…
Полно кутить, баловаться и петь!
Очи-то ясные,
Щеки-то красные,
Пухлые руки как сахар белы,
Да на ногах — кандалы!
Смирно помещик лежит под халатом,
Горькую долю клянет,
Яков при барине: другом и братом
Верного Якова барин зовет.
Зиму и лето вдвоем коротали,
В карточки больше играли они,
Скуку рассеять к сестрице езжали
Верст за двенадцать в хорошие дни.
Вынесет сам его Яков, уложит,
Сам на долгушке свезет до сестры,
Сам до старушки добраться поможет,
Так они жили ладком — до поры…
Вырос племянничек Якова, Гриша,
Барину в ноги: «Жениться хочу!»
— «Кто же невеста?» — «Невеста — Ариша».
Барин ответствует: «В гроб вколочу!»
Думал он сам, на Аришу-то глядя:
«Только бы ноги господь воротил!»
Как ни просил за племянника дядя,
Барин соперника в рекруты сбыл.
Крепко обидел холопа примерного,
Якова верного,
Барин, — холоп задурил!
Мертвую запил… Неловко без Якова,
Кто ни послужит — дурак, негодяй!
Злость-то давно накипела у всякого,
Благо есть случай: груби, вымещай!
Барин то просит, то пёсски ругается,
Так две недели прошли.
Вдруг его верный холоп возвращается…
Первое дело — поклон до земли.
Жаль ему, видишь ты, стало безногого:
Кто-де сумеет его соблюсти?
«Не поминай только дела жестокого;
Буду свой крест до могилы нести!»
Снова помещик лежит под халатом,
Снова у ног его Яков сидит,
Снова помещик зовет его братом.
«Что ты нахмурился, Яша?» — «Мутит!»
Много грибков нанизали на нитки,
В карты сыграли, чайку напились,
Ссыпали вишни, малину в напитки
И поразвлечься к сестре собрались.
Курит помещик, лежит беззаботно,
Ясному солнышку, зелени рад.
Яков угрюм, говорит неохотно,
Вожжи у Якова дрожмя дрожат,
Крестится. «Чур меня, сила нечистая! —
Шепчет: «рассыпься!» (мутил его враг).
Едут… Направо трущоба лесистая,
Имя ей исстари: Чертов овраг;
Яков свернул и поехал оврагом,
Барин опешил: «Куда ж ты, куда?»
Яков ни слова. Проехали шагом
Несколько верст; не дорога — беда!
Ямы, валежник; бегут по оврагу
Вешние воды, деревья шумят…
Стали лошадки — и дальше ни шагу,
Сосны стеной перед ними торчат.
Яков, не глядя на барина бедного,
Начал коней отпрягать,
Верного Яшу, дрожащего, бледного,
Начал помещик тогда умолять.
Выслушал Яков посулы — и грубо,
Зло засмеялся: «Нашел душегуба!
Стану я руки убийством марать,
Нет, не тебе умирать!»
Яков на сосну высокую прянул,
Вожжи в вершине ее укрепил,
Перекрестился, на солнышко глянул,
Голову в петлю — и ноги спустил.
Экие страсти господни! висит
Яков над барином, мерно качается.
Мечется барин, рыдает, кричит,
Эхо одно откликается!
Вытянув голову, голос напряг
Барин — напрасные крики!
В саван окутался Чертов овраг,
Ночью там росы велики,
Зги не видать! только совы снуют,
Оземь ширяясь крылами,
Слышно, как лошади листья жуют,
Тихо звеня бубенцами.
Словно чугунка подходит — горят
Чьи-то два круглые, яркие ока,
Птицы какие-то с шумом летят,
Слышно, посели они недалеко.
Ворон над Яковом каркнул один.
Чу! их слетелось до сотни!
Ухнул, грозит костылем господин!
Экие страсти господни!
Барин в овраге всю ночь пролежал,
Стонами птиц и волков отгоняя,
Утром охотник его увидал.
Барин вернулся домой, причитая:
«Грешен я, грешен! Казните меня!»
Будешь ты, барин, холопа примерного,
Якова верного,
Помнить до судного дня!
«Грехи, грехи, — послышалось
Со всех сторон. — Жаль Якова,
Да жутко и за барина, —
Какую принял казнь!»
— Ой! ой! Еще прослышали
Два-три рассказа страшные
И горячо заспорили
О том, кто всех грешней.
Один сказал: кабатчики,
Другой сказал: помещики,
А третий — мужики.
То был Игнатий Прохоров,
Извозом занимавшийся,
Степенный и зажиточный
Мужик — не пустослов.
Видал он виды всякие,
Изъездил всю губернию
И вдоль и поперек.
Его послушать надо бы,
Однако вахлаки
Так обозлились, не дали
Игнатью слово вымолвить,
Особенно Клим Яковлев
Куражился: «Дурак же ты. »
— «А ты бы прежде выслушал…»
— «Дурак же ты…»
— «И все-то вы,
Я вижу, дураки! —
Вдруг вставил слово грубое
Еремин, брат купеческий,
Скупавший у крестьян
Что ни попало, лапти ли,
Теленка ли, бруснику ли,
А главное — мастак
Подстерегать оказии,
Когда сбирались подати
И собственность вахлацкая
Пускалась с молотка. —
Затеять спор затеяли,
А в точку не утрафили!
Кто всех грешней? подумайте!»
— «Ну, кто же? говори!»
— «Известно кто: разбойники!»
А Клим ему в ответ:
«Вы крепостными не были,
Была капель великая,
Да не на вашу плешь!
Набил мошну: мерещатся
Везде ему разбойники;
Разбой — статья особая,
Разбой тут ни при чем!»
— «Разбойник за разбойника
Вступился!» — прасол вымолвил,
А Лавин — скок к нему!
«Молись!» — и в зубы прасола.
«Прощайся с животишками!» —
И прасол в зубы Лавина.
«Ай, драка! молодцы!»
Крестьяне расступилися,
Никто не подзадоривал,
Никто не разнимал.
Удары градом сыпались:
— Убью! пиши к родителям!
— «Убью! зови попа!»
Тем кончилось, что прасола
Клим сжал рукой, как обручем,
Другой вцепился в волосы
И гнул со словом «кланяйся»
Купца к своим ногам.
«Ну, баста!» — прасол вымолвил.
Клим выпустил обидчика,
Обидчик сел на бревнышко,
Платком широким клетчатым
Отерся и сказал:
«Твоя взяла! не диво ли?
Не жнет, не пашет — шляется
По коновальской должности.
Как сил не нагулять?»
(Крестьяне засмеялися.)
— «А ты еще не хочешь ли?» —
Сказал задорно Клим.
«Ты думал, нет? Попробуем!»
Купец снял чуйку бережно
И в руки поплевал.
«Раскрыть уста греховные
Пришел черед: прислушайте!
И так вас помирю!» —
Вдруг возгласил Ионушка,
Весь вечер молча слушавший,
Вздыхавший и крестившийся,
Смиренный богомол.
Купец был рад; Клим Яковлев
Помалчивал. Уселися,
Настала тишина.
Если произведение является переводом, или иным производным произведением, или создано в соавторстве, то срок действия исключительного авторского права истёк для всех авторов оригинала и перевода.
Общественное достояние Общественное достояние false false
Кому на Руси жить хорошо (Некрасов Н. А., 1877)
Про холопа примерного — Якова Верного
Был господин невысокого рода,
Он деревнишку на взятки купил,
Жил в ней безвыездно
Вольничал, бражничал, горькую пил,
Жадный, скупой, не дружился
Только к сестрице езжал на чаек;
Даже с родными, не только
Был господин Поливанов жесток;
Дочь повенчав, муженька благоверного
Высек — обоих прогнал нагишом,
В зубы холопа примерного,
Походя дул каблуком.
Люди холопского звания —
Чем тяжелей наказания,
Тем им милей господа.
Яков таким объявился из младости,
Только и было у Якова радости:
Барина холить, беречь, ублажать
Да племяша-малолетка качать.
Так они оба до старости дожили.
Стали у барина ножки хиреть,
Ездил лечиться, да ноги не ожили…
Полно кутить, баловаться и петь!
Пухлые руки как сахар белы,
Да на ногах — кандалы!
Смирно помещик лежит под халатом,
Горькую долю клянет,
Яков при барине: другом и братом
Верного Якова барин зовет.
Зиму и лето вдвоем коротали,
В карточки больше играли они,
Скуку рассеять к сестрице езжали
Верст за двенадцать в хорошие дни.
Вынесет сам его Яков, уложит,
Сам на долгушке свезет до сестры,
Сам до старушки добраться поможет,
Так они жили ладком — до поры…
Вырос племянничек Якова, Гриша,
Барину в ноги: «Жениться хочу!»
— Кто же невеста? — «Невеста —
Барин ответствует: — В гроб вколочу! —
Думал он сам, на Аришу-то глядя:
«Только бы ноги Господь воротил!»
Как ни просил за племянника дядя,
Барин соперника в рекруты сбыл.
Крепко обидел холопа примерного,
Барин, — холоп задурил!
Мертвую запил… Неловко без Якова,
Кто ни послужит — дурак, негодяй!
Злость-то давно накипела у всякого,
Благо есть случай: груби, вымещай!
Барин то просит, то песски ругается.
Так две недели прошли.
Вдруг его верный холоп возвращается…
Первое дело — поклон до земли.
Жаль ему, видишь ты, стало безногого:
Кто-де сумеет его соблюсти?
«Не поминай только дела жестокого;
Буду свой крест до могилы нести!»
Снова помещик лежит под халатом,
Снова у ног его Яков сидит,
Снова помещик зовет его братом.
— Что ты нахмурился, Яша? — «Мутит!»
Много грибов нанизали на нитки,
В карты сыграли, чайку напились,
Ссыпали вишни, малину в напитки
И поразвлечься к сестре собрались.
Курит помещик, лежит беззаботно,
Ясному солнышку, зелени рад.
Яков угрюм, говорит неохотно,
Вожжи у Якова дрожмя дрожат,
Крестится: «Чур меня, сила нечистая!»
Шепчет: «Рассыпься!» (мутил его враг).
Едут… Направо трущоба лесистая,
Имя ей исстари: Чертов овраг;
Яков свернул и поехал оврагом,
Барин опешил: — Куда ж ты, куда? —
Яков ни слова. Проехали шагом
Несколько верст; не дорога — беда!
Ямы, валежник; бегут по оврагу
Вешние воды, деревья шумят…
Стали лошадки — и дальше ни шагу,
Сосны стеной перед ними торчат.
Яков, не глядя на барина бедного,
Начал коней отпрягать,
Верного Яшу, дрожащего, бледного,
Начал помещик тогда умолять.
Выслушал Яков посулы — и грубо,
Зло засмеялся: «Нашел душегуба!
Стану я руки убийством марать,
Нет, не тебе умирать!»
Яков на сосну высокую прянул,
Вожжи в вершине ее укрепил,
Перекрестился, на солнышко глянул,
Голову в петлю — и ноги спустил.
Экие страсти Господни! висит
Яков над барином, мерно качается.
Мечется барин, рыдает, кричит,
Эхо одно откликается!
Вытянул голову, голос напряг
Барин — напрасные крики!
В саван окутался Чертов овраг,
Ночью там росы велики,
Зги не видать! только совы снуют,
Оземь ширяясь крылами,
Слышно, как лошади листья жуют,
Тихо звеня бубенцами.
Словно чугунка подходит — горят
Чьи-то два круглые, яркие ока,
Птицы какие-то с шумом летят.
Слышно, посели они недалеко.
Ворон над Яковом каркнул один,
Чу! их слетелось до сотни!
Ухнул, грозит костылем господин.
Экие страсти Господни!
Барин в овраге всю ночь пролежал,
Стонами птиц и волков отгоняя,
Утром охотник его увидал.
Барин вернулся домой, причитая:
— Грешен я, грешен! Казните меня! —
Будешь ты, барин, холопа примерного,
Помнить до судного дня!
«Грехи, грехи, — послышалось
Со всех сторон. — Жаль Якова,
Да жутко и за барина, —
Какую принял казнь!»
— Жалей. — Еще прослушали
Два-три рассказа страшные
И горячо заспорили
О том, кто всех грешней?
Один сказал: кабатчики,
Другой сказал: помещики,
То был Игнатий Прохоров,
Степенный и зажиточный
Мужик — не пустослов.
Видал он виды всякие,
Изъездил всю губернию
Его послушать надо бы,
Так обозлились, не дали
Игнатью слова вымолвить,
Особенно Клим Яковлев
Куражился: «Дурак же ты. »
— А ты бы прежде выслушал… —
Вдруг вставил слово грубое
Еремин, брат купеческий,
Скупавший у крестьян
Что ни попало, лапти ли,
Теленка ли, бруснику ли,
Когда сбирались подати
И собственность вахлацкая
Пускалась с молотка.
Затеять спор затеяли,
А в точку не утрафили!
Кто всех грешней? подумайте! —
— Известно кто: разбойники! —
А Клим ему в ответ:
«Вы крепостными не были,
Была капель великая,
Да не на вашу плешь!
Набил мошну: мерещатся
Везде ему разбойники;
Разбой — статья особая,
Разбой тут ни при чем!»
— Разбойник за разбойника
Вступился! — прасол вымолвил,
А Лавин — скок к нему!
«Молись!» — и в зубы прасола.
— Прощайся с животишками! —
И прасол в зубы Лавина.
Никто не подзадоривал,
Удары градом сыпались:
— Убью! пиши к родителям! —
Тем кончилось, что прасола
Клим сжал рукой, как обручем,
Другой вцепился в волосы
И гнул со словом «кланяйся»
Купца к своим ногам.
— Ну, баста! — прасол вымолвил.
Клим выпустил обидчика,
Обидчик сел на бревнышко,
Платком широким клетчатым
— Твоя взяла! и диво ли?
Не жнет, не пашет — шляется
По коновальской должности,
Как сил не нагулять? —
«А ты еще не хочешь ли? —
Сказал задорно Клим.
— Ты думал, нет? Попробуем! —
Купец снял чуйку бережно
«Раскрыть уста греховные
Пришел черед: прослушайте!
Вдруг возгласил Ионушка,
Весь вечер молча слушавший,
Вздыхавший и крестившийся,
Купец был рад; Клим Яковлев
Не жнут, не сеют — кормятся
Из той же общей житницы,
Что кормит мышку малую
И воинство несметное:
Пускай народу ведомо,
На попрошайство осенью,
Как на доходный промысел,
Идут: в народной совести
Что больше тут злосчастия,
Чем лжи, — им подают.
Пускай нередки случаи,
Что странница окажется
Воровкой; что у баб
За просфоры афонские,
За «слезки Богородицы»
Паломник пряжу выманит,
А после бабы сведают,
Что дальше Тройцы-Сергия
Был старец, чудным пением
Пленял сердца народные;
С согласья матерей,
В селе Крутые Заводи
Стал девок обучать;
Всю зиму девки красные
С ним в риге запиралися,
Откуда пенье слышалось,
А чаще смех и визг.
Однако чем же кончилось?
Он петь-то их не выучил,
Есть мастера великие
Подлаживаться к барыням:
Доступится до девичьей,
А там и до помещицы.
Бренчит ключами, по двору
Плюет в лицо крестьянину,
Согнул в бараний рог.
Но видит в тех же странниках
Народ. Кем церкви строятся?
Кто кружки монастырские
Наполнил через край?
Иной добра не делает,
И зла за ним не видится,
Знаком народу Фомушка:
А жить — живет по-божески:
Доска да камень в головы,
Чудён ему и памятен
Старик, вся жизнь которого
Пришел в село Усолово:
Корит мирян безбожием,
Зовет в леса дремучие
Случился тут, все выслушал:
«К допросу сомустителя!»
— Ты враг Христов, антихристов
Посланник! — Сотский, староста
«Эй, покорись!» Не слушает!
Везли его в острог,
А он корил начальника
И, на телеге стоючи,
— Горе вам, горе, пропащие головы!
Были оборваны, — будете голы вы,
Били вас палками, розгами, кнутьями,
Будете биты железными прутьями.
Начальник бил глашатая:
«Попомнишь ты, анафема,
У парня, у подводчика,
С испуга вожжи выпали
И волос дыбом стал!
И, как на грех, воинская
Команда утром грянула:
В Устой, село недальное,
Тревога! по спопутности
Досталось и усоловцам:
Чуть в точку не сбылось.
Вовек не позабудется
Как Божия посланница,
Хоронит, лечит, возится
С больными. Чуть не молятся
Стучись же, гость неведомый!
Кто б ни был ты, уверенно
В калитку деревенскую
Стучись! Не подозрителен
В нем мысль не зарождается,
Как у людей достаточных,
При виде незнакомого,
Не стибрил бы чего?
А бабы — те радехоньки.
Зимой перед лучиною
Сидит семья, работает,
А странничек гласит.
Уж в баньке он попарился,
Ушицы ложкой собственной,
С рукой благословляющей,
По жилам ходит чарочка,
В избе все словно замерло:
Старик, чинивший лапотки,
Челнок давно не чикает,
Застыл уж на уколотом
Мизинце у Евгеньюшки,
Хозяйской старшей дочери,
А девка и не слышала,
Как укололась до крови;
Шитье к ногам спустилося,
Сидит — зрачки расширены,
Ребята, свесив головы
С полатей, не шелохнутся:
Как тюленята сонные
На льдинах за Архангельском,
Лиц не видать, завешены
Волос — не нужно сказывать,
Постой! уж скоро странничек
Доскажет быль афонскую,
Как турка взбунтовавшихся
Монахов в море гнал,
Как шли покорно иноки
И погибали сотнями —
Услышишь шепот ужаса,
Увидишь ряд испуганных,
Слезами полных глаз!
Пришла минута страшная —
И у самой хозяюшки
Кот Васька насторожился —
В другую пору то-то бы
Досталось Ваське шустрому,
А тут и не заметили,
Как он проворной лапкою
Как прыгал на него
И как оно каталося,
Пока не размоталася
Кто видывал, как слушает
Своих захожих странников
Поймет, что ни работою
Ни игом рабства долгого,
Еще народу русскому
Пределы не поставлены:
Пред ним широкий путь.
Когда изменят пахарю
Клочки в лесных окраинах
Работы тут достаточно.
Зато полоски новые
Дают без удобрения
Такая почва добрая —
Душа народа русского…
Иона (он же Ляпушкин)
Не только не гнушалися
Крестьяне Божьим странником,
Кто первый приютит его,
Пока их спорам Ляпушкин
«Эй! бабы! выносите-ка
Иконы!» Бабы вынесли;
Пред каждою иконою
«Не спорьте! дело Божие,
Котора взглянет ласковей,
И часто за беднейшею
Иконой шел Ионушка
И к той избе особое
Почтенье: бабы бегают
С узлами, сковородками
В ту избу. Чашей полною,
По милости Ионушки,
Негромко и неторопко
Повел рассказ Ионушка
«О двух великих грешниках»,
Оглавление
Карта слов и выражений русского языка
Онлайн-тезаурус с возможностью поиска ассоциаций, синонимов, контекстных связей и примеров предложений к словам и выражениям русского языка.
Справочная информация по склонению имён существительных и прилагательных, спряжению глаголов, а также морфемному строению слов.
Сайт оснащён мощной системой поиска с поддержкой русской морфологии.
ВЕЛИКИЕ РУССКИЕ О СВОЕМ НАРОДЕ
М.Ю. Лермонтов: «Прощай, немытая Россия, Страна рабов, страна господ. »
А.С.Пушкин: «О, как груб наш русский язык!»
Ф.Н.Достоевский: «Народ, который блуждает по Европе и ищет, что можно разрушить, уничтожить только ради развлечения.»
М.Н.Булгаков: «Не народ, а скотина, хам, дикая орда, душегубов и злодеев.»
А.М.Горький: «Наиважнейшею приметою удачи русского народа есть его садистская жестокость».
С.Т.Аксаков: «Ох, как тяжко жить в России, в этом смердючем центре физического и морального разврата, подлости вранья и злодейства».
И.С.Тургенев: «Русский есть наибольший и наинаглейший лгун во всем свете».
И.С.Шмелев: «Народ, что ненавидит волю, обожает рабство, любит цепи на своих руках и ногах, грязный физически и морально. готовый в любой момент угнетать все и вся»
А.С.Пушкин: «Народ равнодушный до наименьшей обязанности, до наименьшей
справедливости, до наименьшей правды, народ, что не признает человеческое
достоинство, что целиком не признает ни свободного человека, ни свободной
Aкaдeмик И.П.Павлов: «Должен высказать свой печальный взгляд на русского
действительность как таковую. Для него существуют только слова. Его условные
рефлексы координированы не с действиями, а со словами». 1932 год.
Билят. Половина цитат вырваны из контекста, остальная половина чистой воды фальшивка, как паспорта российских офицеров в руках у Парашенки на УкрTV
А теперь иди покрышки жги, скакун недоразвитый
Ответ: русские ученые и поэты, в бытность свою хладными трупами, не в силах опровергнуть гнусные сплетни, распространяемые русофобами от их имени.
М.Ю. Лермонтов: «Прощай, немытая Россия, Страна рабов, страна господ. »
То что это стихотворение якобы писал Лермонтов сказал П. И. Бартенев спустя 30 лет после смерти поэта. Рукописного стихотворения написанного именно рукой Лермонтова с такой строкой нет.
Тут не о русских. Точнее не только о русских. Синдром это иллюстрирующий не зря назван Стокгольмским.
А.С.Пушкин: «О, как груб наш русский язык!»
Первоисточник (именно цитата Пушкина) неизвестна, зато цитата поста целиком везде форсится. Начала кстати форситься на Украине и перебралась в рунет.
уринотерапию автору поста прописываю, а родителей его прошу впредь воздерживаться от веселий срамных с животными уличными.
ТС такой трусохохол, ни в одном своем говнопосту с разжиганием ненависти, ни разу не ответил ни на один коммент.
Ты прям оттуда перекатал? За идиотов тут всех держишь?
«Я, конечно, презираю отечество моё с головы до ног — но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство.» Вот реальный Пушкин.
ТС тебя опустили ниже плинтуса,макнули лицом в твои же какахи.Причина что ты повелся на вброс это твоя тупость.Как хорошо что уже был пост разоблачения
бедный несчастный унылый хохол. все про вас забыли, да. ( никому вы не нужны. ( ну ничего, сейчас вы еще пару раз вбросите и несомненно победите проклятого путлера и русню. надо только верить
Это гуляло по сети года 3 назад. Хосспади, на пикабу даже тролли баянистые.
Транжиры. Сами виноваты
Глава ЦБ Эльвира Набиуллина заявила, что в увеличении инфляции есть вина граждан страны: начинают больше тратить и меньше сберегать
Опять люди виноваты, тратят и тратят свои миллионы во время роста инфляции. Заслужили, чего уж там
Редкие и вымирающие языки России
Россия – одна из самых многонациональных стран на планете. По разным оценкам представители 193 российских национальностей используют от 270 до почти 300 разных языков и диалектов из четырнадцати языковых групп (плюс ещё один язык, о котором в конце статьи).
Негидальцы – народ близкий к эвенкам, живущий в Хабаровском крае, в нижнем течении Амура. Носителей – 74 человека.
Известный ещё по летописям и былинам народ водь проживает ныне на территории Кингисеппского района Ленинградской области. Согласно переписи водским языком владели 68 человек, но по оценке специалистов всего через год после переписи, его знают только 6-10 человек и язык на грани вымирания. Среди причин не только русскоязычное окружение, но и соседство ижорцев, чей близкородственный (тоже финно-угорский) язык в куровицком диалекте водского поглощает водский. Факт, особенно удивляющий тем, что носителей ижорского языка всего 123 человека, и он сам стоит на грани исчезновения.
Коренные жители Сахалина ороки (чтобы не путать с камчатскими орочами, часто добавляют их самоназвание – ульта или уйльта) тоже говорят на языке тунгусо-маньчжурской группы, вернее, говорят на нём согласно официальным данным только 47 из 302, живущих в России (ещё ороки живут на Хоккайдо в Японии, но на орокском не говорят). В последнее время интерес к языку возрастает, его используют в детском саду и начальной школе, создаются фольклорные коллективы. Возрождаются народные промыслы, что требует использования традиционной лексики.
На реке Чулым в центре Сибири живёт небольшой тюркский народ – чулымцы. Последняя перепись насчитала всего 355 представителей народа, из которых только 44 говорят на чулымском, в результате ЮНЕСКО внесла язык в «Красную книгу исчезающих языков». Но надежда остаётся: в начале 2000-х началось движение за возрождение языка. В 2008 издан первый русско-чулымский словарь, а в 2019 издан перевод на чулымский Евангелия от Марка.
Энецкий язык – язык энцев, коренных жителей правого берега Енисея в нижем течении и полуострова Таймыр. Язык относят к самодийской ветви уральской семьи, он близок ненецкому и нганасанскому. На сегодняшний день осталось всего 43 носителя языка.
Алюторцы – коренные жители севера Камчатки, говорили на собственном языке чукотско-камчатской семьи. Сегодня алюторским языком владеют только 25 человек. В последние годы в школе посёлка Вывенка язык преподаётся школьникам, местная газета размещает материалы на нём.
Верхнеколымский или южноюкагирский язык – как понятно из названия, народ, говорящий на нём – юкагиры, древнейшие аборигенные жители северо-восточной Сибири – жил в верхнем течении Колымы. Большинство носителей сегодня проживают в двух сёлах – в Якутии и в Магаданской области. Общая численность юкагиров растёт от переписи к переписи, согласно последней составляет почти 1600 человек, но число говорящих на языках юкагирской семьи падает. Два языка из четырёх, входивших в эту семью, уже исчезли. Число говорящих на южноюкагирском сегодня – менее 10.
Орочский язык – не путать с орокским! Только в начале 2000-х была создана письменность и выпущен учебник родного языка для народа орочей, живущего в Хабаровском крае. Язык из тунгусо-маньчжурской ветви алтайской языковой семьи, близкий нанайскому и удэгейскому, когда-то разделялся на три диалекта, но в 2010 насчитали всего 8 человек, знающих его. Некоторые исследователи уже сегодня полагают язык вымершим.
Йоканьгско- или терско-саамский язык принадлежит к саамской группе финно-угорских языков и был распространён на востоке Кольского полуострова. По переписи 2010 года терских саамов осталось около сотни, но носителями языка были только двое из них.
Юги – маленький этнос, проживающий в Красноярском крае. По переписи населения 2010 г. югским языком, у которого никогда не было письменности, владел 1 (!) человек. Многие специалисты считают язык уже мёртвым…
Не попали в десятку рейтинга ещё три языка народов России, число носителей которых составляет менее 100 человек.
Ительменский язык правильнее называть западным ительменским, но теперь это уже не имеет значения: восточный и южный ительменские языки до нашего времени не дожили. Устаревшее название языка – камчадальский – указывает на место обитания народа. Ительменов в России проживает более 3 тысяч, в основном на Камчатке и в Магаданской области, но знающих язык предков среди них сегодня насчитывается только 82.
Язык тофаларов, коренных обитатели Тофаларии на западе Иркутской области, относят к таёжному ареалу саянской группы тюркских языков. Кочевой народ в 20-30-х был переведён на осёдлый образ жизни, получил письменность в конце 80-х годов XX века, но только к 2005 году алфавит, созданный на основе кириллицы, приобрёл завершённый вид. На сегодняшний день из 775 тофалар, проживающих в России, тофаларским языком владеют только 92 человека.
Нижнеколымский или северноюкагирский язык – второй язык из юкагирской семьи. Сохранился на севере Якутии, на границе с Чукоткой. Число носителей – «менее 100», согласно полевым исследованиям учёных – не более 60 человек.
Все прочие языки малых народов России имеют более сотни носителей, но и для некоторых из них сохраняется опасность исчезновения. Это – уже упомянутый ижорский, уникальный нивхский – не относящийся ни к одной языковой семье или группе, кетский, ульчский, гинухский и все саамские языки.
Хабаровск
Водители автобусов высадили всех пассажиров, чтобы помолиться. Остановка произошла синхронно — всех заставили выйти из салонов, чтобы совершить намаз. Жителям Хабаровска пришлось стоять на улице и ждать, когда все помолятся, и они смогут отправиться домой
Почему мордва мордве рознь
Всего треть этого народа проживает в «своей» республике. Да и народ ли это? Рассказываю про мордву, которых представляют эрзя и мокша — два непохожих обычаями субэтноса. А если начать разбираться, окажется, что и они не вполне едины.
Во время переписи 2010 года свою принадлежность к мордве отметили 744,2 тыс человек. В республике Мордовия при этом жили 333 тыс. или около 40%. Остальные расселились в Пензенской, Нижегородской, Рязанской, Тамбовской, Самарской и Московской областях. Мордва — один из крупнейших этносов России, по численности находится на 9 месте.
Считать мордву одним народом при этом можно с большой натяжкой. Судите сами. Финно-угорский народ мордва подразделяется на два субэтноса: эрзя и мокша. Они издавна отличались языком, верованиями, обычаями и одеждой. Более того, эрзя подразделяются еще на два маленьких народа — шокша и терюхане. У мокша есть еще и каратаи.
Ученые считают, что в древности мордвины говорили на одном языке, но потом, по мере обособления, разные субэтносы развивались почти независимо друг от друга. Это сказалось и на языках. Эрзя много слов заимствовали из русского, мокшане обогащали свой язык за счет тюркских языков. Но это очень общее направление, потому что и эзря и мокша говорят на множестве разных региональных диалектов, некоторые похожи друг на друга, а некоторые — как отдельные языки. Единого мордовского, мокшанского или эзрянского языка попросту не существует. Есть семья языков.
То же и с верованиями. Многие мордвины православные, но среди них есть и старообрядцы, и молокане (христианское духовное течение) и даже лютеране. При этом многие праздники и обычаи мордвы — языческие.
Благодаря расселению на обширной территории мордвины легко ассимилируются, что в определенные периоды истории помогало выживать, но в целом многие забыли о своей национальности, окончательно обрусели.
Вы удивитесь, но среди мордвин много известных людей.
Например, дед официальной представительницы МИДа Марии Захаровой — эрзя. Юрий Иванович Захаров родился в селе Степная Шентала Самарской области. Мария на языке эрзя не говорит, но кое-какие слова знает.
Певица Надежда Кадышева — тоже эрзя. Певица родилась в деревне Старый Маклауш Самарской области, ее отец и мать из мордвин. Когда-то Надежда даже исполняла народные мордовские песни.
Герой Гражданской войны Василий Чапаев — тоже наполовину мордвин-эрзя! Его фамилия произошла от эрзянского слова «чапомс» или «рубить».
Олимпийская чемпионка гимнастка Светлана Хоркина — мордвинка-мокша, ее малая родина находится неподалеку от Саранска.
На четверть мордвинка-эрзя всемирно известная модель Наталья Водянова.
В Нижегородской области заложили первый камень в основание Сталин-центра
Сталин-центр планируют построить на улице Луначарского, рядом с памятником Иосифу Виссарионовичу, установленным секретарем Борского местного отделения КПРФ Алексеем Зоровым на принадлежащем ему земельном участке в 2020 году.
Первый камень заложили на месте строительства Сталин-центра – музея, посвященного Иосифу Сталину
Как отметил секретарь комитета нижегородского регионального отделения КПРФ Владислав Егоров, Сталин-центр должен стать местом притяжения единомышленников, сторонников социалистической идеи.
Нижегородские коммунисты, ветераны и юнармейцы подготовили послание потомкам с просьбой «помнить великие жертвы и великие подвиги», вложили его в металлическую капсулу и замуровали в бетонный блок, который будет вмонтирован в фасад Сталин-центра. Капсулу вскроют 9 мая 2045 года – в день 100-летия Победы в Великой отечественной войне.
Как рассказал корреспонденту РИА Новости инициатор строительства Сталин-центра, «заливка цокольного этажа здания состоится в августе-сентябре 2021 года, затем фундамент должен выстоять и уже в следующем году приступят к его возведению».
Также Зоров уточнил, что получил у городской администрации разрешение на строительство на своем участке жилого дома, которое затем планирует перевести в категорию «коммерческой недвижимости». Ранее в администрации города Бор агентству заявили, что к ним никто не обращался по поводу строительства музея Сталина.
Люди квадратного мира: во что верили и как жили чуваши
Они говорят на единственном тюркском языке булгарской группы, стали христианами, но не забыли языческие верования и считают, что болезни и неприятности насылают умершие родственники.
Чуваши — одни из самых многочисленных народов России. По переписи населения 2010 года, в России проживало 1,43 млн представителей этого народа. Однако количество чувашей быстро сокращается. За 8 лет до этого в стране насчитывалось 1,63 млн чувашей. А в 1989 году в СССР было1,8 млн чувашей. Так многочисленный вроде бы народ может довольно быстро исчезнуть.
В основном чуваши проживают в Чувашской республике, здесь их более 65%. На втором месте — Татарстан, в республике более 100 тыс. чувашей. Основная религия современных чувашей — православие, небольшое их количество исповедует ислам суннитского толка, некоторые верны древним дохристианским верованиям. Как это часто бывает, языческие традиции переплелись с более поздними и соблюдаются до сих пор. В Чувашии и Татарстане празднуют большой праздник лета Уяв, который по времени совпадает с началом сенокоса. Раньше он растягивался на неделю и давал молодым возможность присмотреть себе пару. Это было несложно во время многочисленных игр и хороводов, в которых участвовали и парни, и девушки.
Правда, дело осложнялось тем, что на женитьбу в своей деревне у чувашей практически действовал запрет, который помогал избежать близкородственных браков. Невест обычно сватали в соседних деревнях, при этом проверяли, чтобы не было родственных пересечений вплоть до седьмого колена.
Были у чувашей и забавные обычаи. Например, если жениху хотели отказать, то родственники девушки должны были догнать и побить его. Везло быстрому жениху. Если удавалось сбежать, то невеста твоя. Если нет, сватовство не удалось.
Быть нагайками полагалось и молодоженов, когда они вступали в дом молодого мужа. Так родители показывали, что их надо слушаться. Колотили чисто символически, конечно. Потом этот обычай был забыт.
Чуваши до христианизации верили в трехчастный мир. В верхнем мире жил верховный бог, души неродившихся детей и святых. Люди обитали в среднем. Земля для них была квадратной, а в самом центре жили люди. Не ветвях мирового дерева покоился небосвод, с четырех сторон его также поддерживали столбы из золота, серебра, меди и камня. На каждом столбе — утиное гнездо с тремя яйцами, а рядом с каждым столбом несет службу богатырь-защитник людей.
Чуваши-язычники верили и в конец света. Мировой океан размывает берега и когда край земли дойдет до чувашей, жизнь прекратится.
Традиции почитания покойных родных у чувашей очень сильны. В народном календаре больше дней поминовения, чем, например, в православном. Древние чуваши считали, что забытые родственники могут наслать болезни и беды.
Народная кухня чувашей напоминает русскую. Они готовили много пирогов с начинками, варили супы и похлебки, в которые весной добавляли первые съедобные травы. У чувашей было развито бортничество. А отличие в том, что чуваши всегда были пивоварами! С древних времен выращивали солод и хмель и варили слабое пиво на каждый день, покрепче — к праздникам. Причем у каждой семьи был свой рецепт, в пиво часто добавляли мед. Позже хмель начали закупать в Баварии и других традиционных пивных регионах. Пиво в Чувашии делают и сейчас, говорят, вкусное.
